Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную.
Обними свою доченьку, нежной рукой
И сыночка погладь, по головке пушистой
И попробуй понять, как смотрел Бог Святой
На пронзённую пядь, струи крови пречистой
Иисус — Ты Моя кровь
Иисус — Ты Моё дитя
Иисус — Ты Моя любовь
Иисус — умер нас простя
Неземная цена, отдана за людей
Мы не в силах понять, даже тысячной доли
Как вонзал сатана, жала чёрных когтей
Но не смог поломать несгибаемой воли
Иисус — Ты моя кровь
Иисус — я Твоё дитя
Иисус — Ты моя любовь
Иисус — умер нас простя
Иисус на земле, Бог Отец в небесах
Дух Святой обнимал, тех кто Сына хулили
И внезапно во мгле, что царила в сердцах
Свет любви засиял, о прощенье молили
Иисус — Ты моя кровь
Иисус — я Твоё дитя
Иисус — Ты моя любовь
Иисус — умер нас простя
Не найдуться слова и аккорды слабы
Чудный подвиг Творца, передать в полной мере
Так склонись голова, в иступленье мольбы
И откройте сердца двери истиной вере !
Иисус — Ты моя кровь
Иисус — я Твоё дитя
Иисус — Ты моя любовь
Иисус — умер нас простя
сергей рудой,
сша
55 лет христианин.
Пока горят мои глаза
Пока ещё дышу
Пока не высохла слеза
я для Христа пишу !
Прочитано 7145 раз. Голосов 0. Средняя оценка: 0
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Проза : Реальность - Андрей Скворцов Я специально не уточняю в самом начале кто именно "он", жил. Лес жил своей внутренней жизнью под кистью и в воображении мастера. И мастер жил каждой травинкой, и тёплым лучом своего мира. Их жизнь была в единстве и гармонии. Это просто была ЖИЗНЬ. Ни та, ни эта, просто жизнь в некой иной для нас реальности. Эта жизнь была за тонкой гранью воображения художника, и, пока он находился внутри, она была реальна и осязаема. Даже мы, читая описание леса, если имеем достаточно воображения и эмоциональности можем проникнуть на мгновение за эту грань.
История в своём завершении забывает об этой жизни. Её будто и не было. Она испарилась под взглядом оценщика картин и превратилась в работу. Мастер не мог возвратиться не к работе, - он не мог вернуть прежнее присутствие жизни. Смерть произвёл СУД. Мастер превратился в оценщика подобно тому, как жизнь и гармония с Богом были нарушены в Эдеме посредством суда. Адам и Ева действительно умерли в тот самый день, когда "открылись глаза их". Непослушание не было причиной грехопадения. Суд стал причиной непослушания.
И ещё одна грань того же. В этой истории описывается надмение. Надмение не как характеристика, а как глагол. Как выход из единства и гармонии, и постановка себя над и вне оцениваемого объекта. Надмение и суд есть сущность грехопадения!
