Собрались как - то люди
Избавиться от Бога:
«Жизнь сразу станет краше,
А то скучна, убога!»
Воскликнули детишки:
«Долой контроль Отца!»
Строгать свои делишки
Творенье без Творца
Решилось в одночасье:
«Не нужен поводырь,
Учитель лишний в классе!»
Бог сослан был в Сибирь.
А те кто ищут Бога,
Пойдут вслед по этапу.
Попрятались в берлогах
И молча сосут лапу.
Гуманный атеизм
Безмозглый, бесшабашный.
Сплошной бюрократизм:
Был человек разумный,
Стал человек бумажный.
Нет больше Бога в мире,
Забудь о нём навечно.
Жизнь как в большом трактире
Бездумна и беспечна.
Всё Божье вне закона,
В другом теперь пространстве.
Наш вождь большой Маммона.
Ему отдали царство.
Теперь он наша суть,
Он наше естество.
Живём мы как-нибудь:
Гипноз и колдовство.
Для нас ДА-ДА, НЕТ- НЕТ,
Лишь там, где звон монет.
А там, где нет его
Нам стало СВЕРХТОГО.
Теперь свобода слова,
Свобода демократий.
Кто молится корове,
Кто марок собиратель.
А если хочешь в церковь
Ходить по воскресеньям,
То нет проблем, ходи,
Ходи без опасенья.
Гонения не будет,
Пока там славят Бога,
Живущего в Сибири
Под наблюденьем строгим.
В пространстве параллельном
В обнимку с НЛО,
С кощеями бессмертными
Упрятали Его.
Для многих Богом избранных
Он стал как «сверх того».
Согласны с атеистами:
«Не наше естество!»
Творец стал сверхъестественным,
Живущим вне людей,
Творением посредственным
Эпохи Водолей.
И многим просто нравится
Так Господа назвать.
К чему придирки мелкие?
Не надо глотку рвать.
Они привыкли с детства,
Зачем менять настрой?
Когда Бог сверхъестественный,
То Он «Велик, Святой»
И слово больно звучное
Красивое, научное.
Но ведь оно подложное,
Значенье слова ложное!
Запутаны понятия
Концов не разобрать.
Начнём процесс познания,
Чтоб правильно назвать.
Понятье «сверхъестественный»
Не значит «сверхбольшой»,
Не значит «суперсильный»,
«безгрешный» иль «святой»,
А просто неживущий
В земном пространстве дух
(ещё паранормальный, чужой и нереальный).
Имеют эти качества:
бог - повелитель мух
И боги Древней Греции,
И прочье НЛО.
Но нет подобных качеств среди имён Его!
Уравнен Всемогущий Бог
С какой - то милюзгой.
Стал мистикой чарующей
И для людей изгой.
Что в мире происходит,
Без стопки не понять.
Кто в мыслях верховодит,
Как правду нам узнать?
Бог - сверхъестественный, чужой,
Для мира атеистов.
Для них - иллюзия в башке чудной
И сговор сионистов.
Но для детей Его другой расклад.
Взошла звезда,
Покончено с сиротством.
Одна в нас кровь с Ним,
Кровь Христа,
Ярчайшее свидетельство Отцовства!
Он не заоблачные дали,
Которых не видали,
Не призрачная дымка
Несбыточной мечты.
Он явный и понятный,
В общении приятный,
Реальнее любого
Кого здесь знаешь ты.
Для своего творения
Естественен и прост,
Прислал Христа построить
Дорогу жизни - мост.
Земное и Небесное
Соединить навек.
И будут всё едино,
И Бог и человек.
Творец живой, реальный,
Суть всякой плоти Дух.
Не «сверх»,
Не «аномальный».
Ты навостри свой слух.
Услышь Его меж сосен
Природы вековой.
Интимной встречи просит
Господь с тобой,
Со мной.
Исследуем Писания,
Найдём скорей ответ.
Создатель сверхъестественный?
И скажем : «Вовсе нет!»
Скорей мы сверхъестественны,
Грехом отделены
От сущности Божественной,
Умом повреждены.
Морозные оковы
Пусть тают день за днём
И всякое неверие Господь
Сожжёт огнём,
Который разгорается внутри:
Не «над», не «сверх», не «свыше».
Бог наш Отец,
Я сын,
И ни кого нет ближе!
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Теология : Альфред Великий. Боэциевы песни (фрагменты) - Виктор Заславский Альфред Великий (849-899) был королем Уессекса (одного из англосаксонских королевств) и помимо успешной борьбы с завоевателями-викингами заботился о церкви и системе образования в стране. Он не только всячески спонсировал ученых монахов, но и сам усиленно трудился на ниве образования. Альфреду Великому принадлежат переводы Орозия Павла, Беды Достопочтенного, Григория Великого, Августина и Боэция. Как переводчик Альфред весьма интересен не только историку, но и филологу, и литературоведу. Переводя на родной язык богословские и философские тексты, король позволял себе фантазировать над текстом, дополняя его своими вставками. Естественно, что работая над "Утешением философией" Боэция, Альфред перевел трактат более, чем вольно: многое упростил, делая скорее не перевод Боэция, но толкование его, дабы сделать понятным неискушенным в античной философии умам. Поэтому в его обработке "Утешение" гораздо больше напоминает библейскую книгу Иова.
"Боэциевы песни" появились одновременно с прозаическим переводом "Утешения" (где стихи переведены прозой) и являют собой интереснейший образец античной мудрости, преломленной в призме миросозерцания христиан-англосаксов - вчерашних варваров. Неизвестна причина, по которой стихи и проза, так гармонично чередующиеся в латинском оригинале "Утешения", были разделены англосаксами. Вероятно, корень разгадки кроется в том, что для древнеанглийского языка литературная проза была явлением новым и возникновением ее мы обязаны именно переводам короля Альфреда. Делая прозаические переводы, король был новатором, и потому решил в новаторстве не переусердствовать, соединяя понятный всем стих с новой и чуждой глазу прозой. Кроме того, возможно, что Альфред, будучи сам англосаксом, не понимал смешанных прозаическо-стихотворных текстов и решил, что лучше будет сделать два отдельных произведения - прозаический трактат и назидательную поэму. Как бы там ни было, в замыслах своих король преуспел. "Боэциевы песни" - блестящий образец древнеанглийской прозы и, похоже, единственный случай переложения латинских метров германским аллитерационным стихом. Присочинив немало к Боэцию, Альфред Великий смог создать самостоятельное литературное произведение, наверняка интересное не только историкам, но и всем, кто хоть когда-то задумывался о Боге, о вечности, человечских страданиях и смысле жизни.
